При прекращении приема аГПП-1 масса тела снова увеличивается

По данным реальных наблюдений, 50% людей с ожирением прекращают прием агонистов рецепторов глюкагоноподобного пептида 1 типа (аГПП-1; лираглутид, семаглутид, тирзепатид и т.д) в течение 12 месяцев после начала лечения.

Чтобы понять, что происходит с массой тела после прекращения лечения, Сэм Уэст, научный сотрудник Оксфордского университета, Англия, и его коллеги изучили данные, полученные от 9341 участника в 37 исследованиях всех типов препаратов для снижения веса, включая более старые. Выяснилось, что возвращение к исходному весу происходило в среднем за 1,7 года после прекращения приема аГПП-1. Средний ежемесячный прирост веса составлял 0,4 кг, что примерно в четыре раза быстрее, чем после поведенческих вмешательств, независимо от первоначальной потери веса. Очевидно, что кардиометаболические показатели вернутся к исходному уровню еще раньше.

«Эти препараты очень эффективны и являются ценным инструментом в лечении ожирения. Но ожирение — это хроническое рецидивирующее заболевание. Абсолютно ясно, что для поддержания эффекта от применения аГПП-1 необходимо продолжать какое-либо лечение или немедикаментозное вмешательство», — заявила соавтор исследования доктор Сьюзан Джебб, профессор диетологии Оксфордского университета, во время пресс-брифинга Научного медиацентра, — «Я думаю, важно, чтобы эти препараты рассматривались лишь как один из компонентов комплекса методов лечения ожирения. Это не единственный способ лечения ожирения. Нам необходимо убедиться, что мы выбираем правильное лечение для правильного пациента в правильное время, если хотим максимизировать экономическую эффективность для национальной системы здравоохранения».

В сопроводительной редакционной статье в BMJ Ци Сунь, доцент кафедры медицины Гарвардской медицинской школе, США, написал: «На агонисты рецепторов ГПП-1 не следует полагаться как на волшебное средство от ожирения. Хотя значительная потеря веса, даже временная, может принести некоторую пользу для здоровья людям с ожирением, люди, принимающие аГПП-1, должны знать о высоком уровне отказов от продолжения лечения и последствиях прекращения приема этих лекарств. Здоровый режим питания и образ жизни должны оставаться основой лечения и контроля ожирения, а такие лекарства, как аГПП-1, должны использоваться в качестве вспомогательных средств. Такие методы не только помогают предотвратить избыточное увеличение веса, но и могут привести к многочисленным преимуществам для здоровья, выходящим за рамки контроля веса».

Почему повторный набор веса происходит в ускоренном темпе, когда пациенты прекращают принимать аГПП-1? Отвечая на этот вопрос, доктор Адам Коллинз из Университета Суррея, Англия, написал: — «Искусственное повышение уровня аГПП-1 в период лечения приводит к длительному подавлению выработки эндогенного аГПП-1: при приеме лекарства проблем нет, но как только вы прекращаете прием, контроль аппетита исчезает и переедание становится гораздо более вероятным. Ситуация усугубляется, если человек полагался исключительно на аГПП-1 для эффективного снижения веса, то есть искусственно подавлял аппетит, не внося никаких изменений в свой рацион или поведение, которые могли бы помочь ему в долгосрочной перспективе. Поэтому поддержание достигнутого снижения веса может быть сложной задачей».

Что происходит, когда прекращается прием препаратов для снижения веса?

Во включенных в исследование работах все лекарственные препараты назначались на 8 недель и более, с последующим наблюдением в течение как минимум 4 недель, взрослым с избыточным весом или ожирением. В общей сложности 6322 участника получали лечение, а 3019 — составляли контрольную группу. Средняя продолжительность лечения была 10 месяцев, а период последующего наблюдения — 8 месяцев.

Участники исследования в среднем потеряли 8,3 кг за время лечения, но через год набрали 4,8 кг, в среднем со скоростью 0,4 кг/месяц. К исходному весу они вернулись через 1,7 года после прекращения лечения.

В отдельном подгрупповом анализе 1776 участников шести исследований семаглутида и тирзепатида средняя потеря веса составила 14,7 кг, набор веса — 9,9 кг со скоростью 0,8 кг/мес, а прогнозируемое возвращение к исходному уровню — через 1,5 года. (Результаты были прогнозными, поскольку данные по семаглутиду и тирзепатиду были доступны только за период до 1 года.)

Прогнозировалось, что  все измеренные кардиометаболические показатели, включая уровень HbA1c , уровень глюкозы натощак, систолическое и диастолическое артериальное давление, общий холестерин и триглицериды, также вернутся к исходному уровню в течение 1,4 года после прекращения приема лекарственных препаратов.

Для сравнения, предыдущее исследование той же группы, посвященное восстановлению веса после поведенческих программ по снижению веса, показало меньшую потерю массы тела (5,1 кг), но также и гораздо более медленное её восстановление (0,1 кг/месяц) и гораздо более длительный период возвращения к исходному уровню (3,9 года). «Большая потеря веса, как правило, приводит к более быстрому восстановлению веса, но после медикаментозного лечения этот процесс неизменно происходит быстрее, независимо от первоначальной потери веса», — отметил доктор Уэст во время презентации данных на брифинге.

Оказание поведенческой поддержки во время лечения инкретиномиметиками привело к дополнительной потере веса на 4,6 кг. Однако, не было обнаружено доказательств того, что скорость восстановления веса различалась при наличии или отсутствии поведенческой поддержки во время или после лечения.

Могут ли эти лекарства быть экономически эффективными?

Национальный институт здравоохранения и качества медицинской помощи Великобритании считает вмешательство экономически эффективным при пороговом значении в 30 000 фунтов стерлингов за каждый дополнительный год жизни с поправкой на качество (QALY). Таким образом, он считает инкретиномиметики экономически эффективными для определенных групп людей: для лиц с ИМТ ≥ 35 и одним сопутствующим заболеванием (модель предполагает восстановление веса через 1 год для тирзепатида (21 372 фунта стерлингов)) и для лиц с ИМТ 30-35 и рисками для здоровья или ИМТ ≥ 35 для семаглутида (21 060 фунтов стерлингов) с восстановлением веса через 2 года.

Однако, как отметил соавтор исследования доктор Димитриос А. Кутукидис из Оксфорда, эти новые данные свидетельствуют о том, что восстановление веса может происходить быстрее, что может изменить расчет экономической эффективности.

Он отметил, что в настоящее время Национальная служба здравоохранения Великобритании (NHS) проводит такое лечение, исходя из клинической необходимости, отдавая приоритет людям с более высоким индексом массы тела (ИМТ) и/или большим количеством сопутствующих заболеваний, что, вероятно, повысит экономическую эффективность. Другие методы снижения веса также могут быть более экономически эффективными, включая программы коррекции пищевого поведения для людей, которые не соответствуют критериям NHS для получения медикаментов (~2394 фунта стерлингов/QALY), или бариатрическую хирургию для людей с тяжелым/сложным ожирением (~7129 фунтов стерлингов/QALY).

Профессор Сьюзан Джебб отметила: «Поскольку это новые препараты, и многие клинические испытания не продолжаются после окончания приема лекарства, данные о том, что происходит в дальнейшем, довольно ограничены. Поэтому я считаю невероятно важным, по мере того как все больше людей принимают эти препараты, воспользоваться возможностью изучить данные из реальной клинической практики по мере их появления и посмотреть, что происходит в долгосрочной перспективе».

Данный проект частично финансировался Оксфордским биомедицинским исследовательским центром Национального института исследований в области здравоохранения и ухода. Джебб сообщила о получении поддержки от Оксфордского биомедицинского исследовательского центра, Оксфордского биомедицинского исследовательского центра и программы прикладных исследований Oxford and Thames Valley. Кутукидис сообщил о получении поддержки в рамках стипендии NIHR для перспективных исследователей. Джебб сообщила о получении, а Уэст — о частичном финансировании исследовательского гранта от Фонда Novo Nordisk. Коллинз заявил об отсутствии конфликтов интересов.